Menu
07.01.2015 Марта 4 комментариев

У нас вы можете скачать книгу Разум клеток Сатпрем в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Жестом показывают качающийся маятник. Это же не работает!!!! Так что и наука бывает ну очень разная! Обожаю природу Перу, а также их традиционные одежды и музыкальные инструменты! Может быть и ещё что то, но остальное - не знаю. Как-нибудь обязательно там побываю! Любите ли вы джунгли так же, как люблю их я?

Остальные снимки - мои. Ирина, мне тоже так кажется! Что может быть интереснее человеческого сознания, со всеми его парадоксами??? Перу, действительно - одна из интереснейших стран мира. Так что приезжайте, помогу с маршрутом. Чтобы добавить комментарий — войдите или зарегистрируйтесь. Подпишитесь на автора и сайт подскажет Вам, когда появятся его новые публикации Уже подписались: Получить консультацию автора статьи Обратились 26 человек с сайта, провела 2 онлайн -консультации.

Вы подписаны на данного автора Отменить подписку. О рекламе на сайте Партнерская программа. Владимир Никонов и Трефилов Дмитрий. Бесчисленные незаметные мутации в течение тысячелетий Но сказка совершенно биологическая и совершенно земная. Первые две цифры означают год, когда произошло конкретное переживание; в данном случае - это г.

Мать - это самая грандиозная революция, когда-либо свершенная человеком с того дня, когда на лесной прогалине неолита первый представитель человеческого вида начал считать звезды и открыл счет своим печалям. Она была всего на год старше Эйнштейна и ровесницей Анатоля Франса, которого знала лично ему, как и ей было присуще чувство мягкой иронии.

То был век позитивизма, и родители ее были законченными материалистами; отец - банкир и превосходный математик, мать до восьмидесяти восьми лет оставалась последовательницей Карла Маркса. Уже в детстве у Мирры были странные переживания, связанные с прошлым, а также, наверное, и с будущим; например, за десять лет до поездки в Пондишери "во сне" она встретила Шри Ауробиндо и приняла его за "индусского Бога, представшего в образе видения".

Ей легко давалась высшая математика, она прекрасно чувствовала себя и за мольбертом, и за фортепиано; среди ее друзей были Гюстав Моро, Роден, Моне. Выйдя замуж за художника, через несколько лет она развелась с ним и вышла замуж за философа, с которым побывала в Японии, Китае в то время, когда Мао Цзедун писал свой труд "Великий союз народных масс" и Пондишери, где она встретила Шри Ауробиндо и осталась на всю жизнь.

Тридцать лет она прожила рядом с тем, кто в начале этого века возвестил "новую эволюцию": После того, как в г. Шри Ауробиндо ушел из жизни, она встала во главе огромного ашрама, который словно собрал все оппозиционные силы мира, и погрузилась в "йогу клеток".

В конце концов она открыла "великий переход" к новому, постчеловеческому виду. Одинокая, непонятая, окруженная сопротивлением и недоброжелательством, в г. Это дало моему телу совершенное основание - равновесие. Все объяснения, которые я искала, были всегда материальны по природе; не было никакой необходимости в тайнах или чем-то подобном - мне казалось само собой разумеющимся, что все должно быть объяснено в материальных терминах.

Поэтому я уверена в том, что все мои опыты не имеют ничего общего с мистическими мечтаниями! В этом теле нет абсолютно ничего мистического, слава Богу! Ибо как распознать прорыв, означающий переход к новому виду? Лишь когда человек уже есть, можно сказать: Ведь в самом начале в новом виде можно увидеть только то, чего он лишается по сравнению с видом старым: Следовательно, более, чем вероятно, что прорывы в некое диковинное "иное" состояние будущего вида что речь идет о будущем виде, еще никто не знал происходили в микроскопических масштабах на различных физиологических уровнях в течение сотен и тысяч лет "подготовки" при полном неведении со стороны предшествующих видов, что это-то и было "иным состоянием".

Прежде, чем маленький лемур с острова Борнео обрел бинокулярное зрение, предшествующее нашему зрению, земным видам пришлось сменить множество "типов зрения" - странных, ложных, неверных для нас, но, тем не менее, "логичных", "точных" и естественных для рыбы или для летучей мыши. К тому же, если разобраться, что представляет собою человеческое зрение? Всего-навсего узкая полоска спектра, между ультрафиолетовым и ближайшим инфракрасным цветами, воспринимаемая бинокулярным образом посредством сетчатки.

Далее, в силу того, что за эволюционным прорывом всегда следуют беспрестанные возвращения к предыдущей стадии, пока окончательно не утвердится новый вид, переход к новому состоянию неизбежно выражается на языке невольного субъекта этого эксперимента, согласно его привычкам - т. Во все времена и во всех народах не было недостатка в "мистиках", "безумцах", "жертвах галлюцинаций", и мы стремились "узаконить", прославить тех, кто наиболее соответствовал нашему представлению о Добре, Красоте, Апокалипсисе или райских кущах.

Однако, что такое Добро летучей мыши для королька? Летучая мышь слегка "ослеплена", "поражена" - вот и все. Но ведь что-то все-таки было, пусть хоть рай летучей мыши - "мистика". По-видимому, чтобы достичь "иного состояния", необходим некий "обморок" старой системы, и это вполне логично: Как мы уже сказали, именно слабости старого открывают двери для нового вида.

Открыть дверь - это необходимо. Мы не говорим здесь о других, о тех, кто полностью порывал все связи с человеческим видом, уносясь ввысь на нирваническом или экстатическом "ракетоплане", и оставляя нам порой странные, восторженные бормотания. Поэзия - тот же "перевод", "транскрипция" неуловимого, невыразимого иного состояния, которое наш вид страстно хочет понять, но не знает как.

В самом деле, как поймать нить, ведущую к следующему виду? Здесь и далее речь идет об открытии центров сознания или чакр в различных видах Йоги.

В частности, открытие чакры в области живота, соответствующей низшему витальному плану, ставит нас в контакт со всеми сущностями, населяющими этот план. Ни на ментальном, ни на сердечном, ни на пупочном, ни лаже на тазовом уровне невозможно перейти к следующему виду, войти в "вещь", как говорила Мать ибо она не могла найти для такого процесса другого выражения. И все-таки, мы не можем категорически раз и навсегда заключить, что все эти изменения-прорывы вели в никуда. Новый постчеловеческий вид зарождается в теле.

Если опыт переживание не происходит в теле, на физиологическом или клеточном уровне, то он по-прежнему остается переводом на чуждый ему язык - сквозь покровы сна, экстаза или медитации. Да, в них может открываться много чудесного, восхитительного, но все это будет, тем не менее, лишь отраженными лучами, переводом "чего-то" - так карп, должно быть, смотрит на человека сквозь стеклянные стенки своего аквариума.

Трудно сказать, кем мы выглядим - ангелами или демонами - с той стороны аквариума, но определенно мы являем собою "нечто проходящее мимо". Если мы будем говорить о выходе в другое состояние на "клеточном уровне", то на нас сразу же накинется биология со своей неизбежной и нерушимой, тянущейся от отца к сыну цепочкой аминокислот, допускающей исключения лишь в патологических случаях.

Будут ли у него плавники, крылья или третий глаз? Новый вид в глазах старого всегда выглядит дерзко и вызывающе. И все-таки между ними должно быть какое-то звено, какая-то связь - то, чем, собственно, они соприкасаются. Загвоздка не только в недостатке воображения - каким будет наше будущее, - но, прежде всего, в неспособности представить себе нечто иное, не являющееся результатом усовершенствования или расширения настоящего. Согласно нашим представлениям, человек будущего останется все-таки человеком плюс это, плюс то, минус это, минус то.

Является ли радиолярия "расширением" марганца? А человек - "расширением" древовидного папоротника? Все-таки, наверное, это нечто совершенно иное. Но как же нам осуществить связь с этим "совершенно иным"?

Мы не знаем, что послужит мостом через пропасть отделяющую нас от следующего вида , потому что не знаем, где именно другой ее край. И тем не менее все - в теле. Иными словами, следующий вид, наверное, будет совершенно иным царством, которое будет так же отличаться от нашего, как папоротник от древесной землеройки. Не человек плюс что-то, но иное существо, новая форма жизни в Материи, следующая за минералами, растениями и животным царством, к которому мы принадлежим.

И здесь обязательно должна существовать определенная связь, в некотором роде аналогичная той, которую представляет собой вирус - соединительное звено между жизнью и неживой материей. Что же будет мостом, соединяющим жизнь со "сверх-жизнью" термин, употребляемый Матерью, когда она пыталась найти хотя бы приблизительное название для этого нового царства? Однако открытие ДНК вовсе не рассеяло нашего "невежества", оно лишь облачилось в одежды научной терминологии. Современная наука признает "естественными" следующие причины мутаций: То есть снова случай, случай, случай Но приходило ли нам в голову хотя бы однажды остановиться и серьезно рассмотреть само существо, субъект этой мутации?

Что может оно, она или он сказать? Возможно ли, что, хотя бы частично, оно желает собственной мутации и стремится к изменению окружающей его среды из-за того, что задыхается или испытывает растущее чувство неадекватности в ней?

Нам известно, что "сила" эволюции не имеет математического описания. Но, может быть, сам вид, или отдельные его представители - первопроходцы - участвуют в этом эволюционном усилии, сознательно управляют этой силой и направляют ее, содействуя тем самым ее работе и позволяя ей формировать новый способ существования внутри своего материального "я" до тех пор, пока не будет достигнуто новое равновесие, более приемлемый баланс с окружающей средой? Такое "сотрудничество", наверное, вызвало бы колоссальное ускорение эволюционного процесса!

Иначе говоря, то, что мы называем словом "мутация", - это, наверное, лишь внешний результат внутреннего напряжения самого существа, видимое следствие, причина которого, очевидно, ускользает из поля действия наших электронных микроскопов и изотопных методов исследования с помощью углерода На самом деле, существует реальная необходимость в новом научном подходе, который принял бы во внимание роль, которую играет само существо в своей эволюции, и который перестал бы смотреть на эволюцию, как на односторонний, действующий лишь со стороны окружающей среды, процесс, признал бы [в человеке] и второго игрока.

Но если не модификация зародышевых клеток порождает новый вид, то что же? Чтобы новый вид увидел свет, некая модификация, появление нового элемента, конечно, необходимы. Какова природа изменений в папоротнике по отношению к минералу или изменений в животном по отношению к растению?

Форма формой, но что же менялось при переходе от одного царства к другому? Может быть, характер, интенсивность движения? От инертности, неподвижности, косности камня был совершен переход к растениям с их стремительным ростом, а от них - следующий переход - динамический взрыв жизни животной.

Все переходы - это увеличение интенсивности движения. Физики первыми открыли глаза; они рассказывают нам об электромагнитных волнах, о вращении электрона вокруг атомного ядра. Эйнштейн сформулировал принцип относительности, согласно которому параметры физического события тесно связаны со скоростью движения системы отсчета. Попросту говоря, скорость - это вопрос расстояния, а расстояние - это вопрос шести лапок муравья, двух крыльев чайки, двух ног человека, или даже реактивного двигателя самолета; и все это - не что иное, как более или менее быстро движущееся животное, наделенное более или менее оригинальным механизмом поглощения пространства между ним и тем, что находится "далеко" или "вне".

Однако, вполне возможно, что новый "механизм" или "орган" следующего вида изменит интенсивность движения настолько, что сами понятия "вне" и "далеко" станут архаичными, а "расстояния" жгутика или реактивного самолета станут такой же "древностью", какой инертность камня представляется современному живому существу. Что же за орудие или орган дадут нам возможность такого быстрого перемещения, что в одно мгновение можно будет достичь отдаленных галактик, будто и нет совсем расстояний, будто все происходит внутри нас, в границах материального, имеющего клеточное строение тела?

Есть ли в теле то, что позволило бы нам, оставаясь в оболочке из клеток, делающей нас похожими на человека, а не на мышь, быть при этом одновременно в Нью-Йорке, на Борнео или, вообще, Бог знает где? Если бы мы были наделены физиологически - можно даже сказать, "географически" - таким "сверхъестественным" движением, то это, очевидно, привело бы к созданию нового вида и нового царства.

Остается узнать где и как в теле будет располагаться этот удивительный новый механизм, который не уничтожит наши "драгоценные" зародышевые клетки, но даст всем клеткам нашего тела новый способ существования с его, возможно, уже совершенно новой "географией", доступной другому, "небинокулярному зрению"? И что станется тогда с реактивными самолетами, телефонами, космическими ракетами и всей прочей дьявольской машинерией?

Это ведь совершенно иные пространство и время - иная "система отсчета", иной детерминизм - и это впечатляет не меньше, чем переход от непоколебимого инертного покоя камня к суете позвоночных. Что тогда будет представлять собой смерть? Чем в этой новой "системе" станет материя - что такое материя, ее электроны, клетки и галактики, видимые посредством небинокулярного зрения или через нечто, отличное от микроскопа или телескопа: Биология и физика описывают законы данной среды, точнее, среды человеческого аквариума.

Аквариума, который или созерцает самое себя, или пытается увидеть что-то лишь через собственные стенки. Но что происходит при переходе к иной среде, как это случилось с амфибией, когда она вышла в открытое пространство жизни? Происходит крушение старых законов, и появляется иная, непредсказуемая "жизнь", или "сверх-жизнь".

Остается найти связующее "звено". Если его нельзя найти в нирванических пируэтах, экстазах, в изощренных интеллектуальных экзерсисах или в снах и мечтах многострадального человеческого вида задуманного, быть может, для истинного рая на земле, в истинном теле, преодолевшем и смерть, и прочую кабалу , то где же оно? Переходя от одного вила к другому, от одного царства к другому, мы попадали из одной тесной тюрьмы в другую, и каждая новая была ненамного просторнее старой.

Будет ли следующее царство царством свободного человека, которому пространство покорится без остатка? Чтобы не унестись к мистическим высям в поэтическом парении, мы низойдем вместе с Матерью в мистерию сознания клеток в поисках новой среды и клеточного механизма, нового элемента, который откроет двери нашей тюрьмы и выбросит нас на новую землю.

Так однажды первая амфибия вышла на солнечные берега нового мира. И мы находимся как раз в середине переходного периода: Но пока что тихо и незаметно, исподволь входит мир новый - настолько незаметно, что вряд ли можно увидеть какие-то внешние нарушения Но он работает, он растет. Представления современной науки, несомненно, подошли гораздо ближе к выражению новой реальности, чем, скажем, представления Каменного Века. Но даже эти представления окажутся вдруг абсолютно устаревшими, верными только в очень узких рамках, а в целом, вероятно, не соответствующими реальности, когда проявится нечто новое, чего не существовало в той вселенной, которую изучали мы.

Несомненно, это изменение, эта внезапная перемена, вызванная универсальным [новым] элементом, привнесет некий хаос в наши представления, но отсюда родится и начнет расти новое знание. Этим "новым элементом" является разум клеток, который изменит наш человеческий мир так же, как мыслящий разум ментальное в свое время до неузнаваемости изменил мир обезьян. Первый опыт всегда странен и может даже показаться безумием.

И тем не менее, в один прекрасный день последняя дряхлеющая рептилия впервые на этой планете стала первой юной птицей. На что это похоже, когда вы, ни с того ни с сего отрываясь от земли, вдруг возноситесь в полете, хотя до вас в небе, рассуждая по-рептильи, никогда не было ни одной летающей твари? Оно появилось не сразу, постепенно, оно настолько непривычно, что его трудно описать. Тело не чувствует границ: Такого действительно еще не было. Теперь приходится быть более внимательной и осторожной, чтобы не натыкаться на вещи, или удерживать что-либо в руках: Все это интересно и удивительно.

По-видимому, я нахожусь в переходном состоянии; когда истинное сознание установится, оно будет функционировать не так, как прежде, а совершенно иначе, с точностью, которую, как мне представляется, можно назвать сверхъестественной, точностью совершенно другого порядка. Например, с закрытыми глазами многое видишь лучше, яснее, чем с открытыми. Но уже сейчас мне ясно, как тяжело будет выдержать. Видишь ли, бывают такие мгновения А в результате само тело изменяет сознание: У меня довольно долго сохранялось ощущение, что тело, форма тела не может существовать без эго: На самом деле, это совсем не так!

Трудность в том, что обычные законы жизни уже не действуют. Без эго существование продолжается Это и не воля, и не Каково наше назначение, наша основа, наша цель?

Что такое божественный способ существования? Его пока невозможно описать, но в поиске всегда возникает ощущение или видение многокрасочного, как радуга, света, только цвета располагаются не слоями, но будто множеством разноцветных точек. Это видение стало постоянным, я вижу его во всем.

Физикам было бы интересно познакомиться с таким восприятием. Сочетание всех возможных цветов, причем ни один цвет не смешивается с другим: По-видимому, это истинный способ бытия — поручиться я не могу, но, во всяком случае, этот способ бытия куда сознательнее. Эта картина все время у меня перед глазами, открыты они или закрыты — постоянно. Когда это случилось впервые, тело чувствовало себя Но если не давать волю панике, то на смену этим ощущениям приходит некая текучесть, которая, похоже, характерна для нового способа существования клеток.

Вероятно, именно это на материальном уровне заменит физическое эго. Но самый первый контакт, естественно, всегда Хотя все происходит очень постепенно, все же бывают моменты, несколько мгновений Нарушаются все функции тела: А в момент перехода, возникает промежуточное состояние, само по себе очень трудное, ведь новый вид функционирования не сразу заменяет старый.

Я вижу, что тело и вообще телесное сознание по старой привычке обращаются к старому способу, чтобы избежать неприятного состояния, будто он и вправду может спасти; мне удалось отучить его от такой реакции, и теперь тело, наоборот, готово принять [это неведомое ему состояние]: И когда одна точка достигает определенного уровня трансформации, переходят к другой, к третьей и так далее То есть ничего не будет трансформировано, пока не преобразуется все.

Работа, в основном, заключается в изменении привычек. Все бессознательные процессы, имеющие силу тысячелетней привычки, должны быть превращены в сознательную и непосредственно управляемую деятельность. Однажды нечто подобное случилось со мной во время обеда: Но все же, совершенно необходимо отбросить все: Очевидно, пока вы держитесь за способности и знания старого вида, вам не стать новым видом, ибо эта зависимость воздвигает стену, все ту же стену стеклянного аквариума.

Оно со всей ясностью увидело, что все знания, приобретенные им за девяносто лет совершенно бесполезны, что все еще только предстоит узнать. Оно исполнено доброй воли, но находится в состоянии полного неведения. Просто оно больше не подчиняется тем законам, которые заставляют нас стоять прямо, вот и все Сегодня утром каждое действие, каждый жест, каждое движение, само функционирование тела и клеток, то есть абсолютно материальная часть сознания, — все вышло из-под власти старых законов.

Переход в чистом виде длился почти четыре часа. И все действия — одевание, прием пищи и так далее — совершаются теперь не так, как прежде Все совершается не потому, что ты научился делать это так-то и так-то: Иными словами, и воспоминание, и память, и действие замещаются Понятно, почему святые, мудрецы и все, кто стремился к непрерывному ощущению божественной атмосферы, пренебрегали всем материальным:.

Ничто другое, абсолютно ничто, не может дать такой полноты. Убегать, улетать, возноситься в мечтах, погружаться в медитацию, воспарять в высшие планы сознания — все это очень хорошо, но так жалко в сравнении с этой полнотой — жалко и убого!

Раз — и все! Например, у меня начисто пропала память Видишь ли, все, что мы делаем, все, что знаем, связано с памятью, которую мы не всегда осознаем, а у меня эта память исчезла без следе. Без нее я как бы Все совершается само по себе, не знаю даже как. Нет больше груза, который нам приходится вечно тащить за собой: Все происходит само собой, естественно и абсолютно безыскусно, все очень, очень просто — почти по-детски.

Обычно мыслительный процесс исходит из того, что было сделано раньше, а здесь все иначе: Привычка, замкнутая в круг? Вот это-то нам и мешает. Достаточно самого незначительного движения, которое принадлежит обычному функционированию, — когда соскальзываешь в него по привычке, — чтобы все нарушилось.

Эти вещи так просто не увидишь, они совершенно неуловимы. А потом снова начинаются сбои, и начинай сначала. Например, задумайся хоть на минуту, что нужно сделать или сказать, что должно произойти, и ничего не получиться. А если просто сохранять внутренний покой, то необходимое знание, даже о самых обыденных мелочах, приходит само собой: В мире ментального прежде, чем что-либо сделать, надо подумать;. И так далее в том же духе. Мы будем парить, подчиняясь великому ритму, но что будет при этом средством нашего действия?..

От других видов нас отличает способность изменять мир: Наши неудовлетворенность и несчастья иногда становятся силой. Энергия, создавшая галактики и клетки, непременно должна обладать способностью создать из тех же клеток более полный и более устойчивый организм. Это не нижняя челюсть и не новая мозговая извилина — это бытие. Бытие, не имеющее ничего общего с метафизикой, но связанное с физиологией и клеточным сознанием.

Мы опять-таки отметим некоторые стадии формирования этого органа:. Буквы мигом расплываются перед глазами! И так во всех делах. Ничего такого больше нет: Новый вид утратит даже воспоминания о смерти.

Должно быть, в основе этого феномена лежит иной закон; я пока не знаю его, но он управляет физическим уровнем существования. Выходит, в самом деле, очень любопытно: Иными словами, чтобы видеть, не нужны ни глаза, ни сетчатка; новое зрение — это не зрение-сквозь. Видение переходит в другое качество: Это происходит все чаще и чаще, вне всяко!

Зрение отличается необыкновенной чет костью, и, кроме того, дает полное знание о предмете, когда видишь его. Очевидно, это подготовка к восприятию внутреннего света вещей, а не внешнего освещения, в таком зрении Может быть, настоящая материя?.. Материя, как она есть на самом деле, без искажающего видения-сквозь?

Оно гораздо выше мысли и выше видения: Да, именно, целостное восприятие: Поэтому вы сразу воспринимаете все. На смену знанию приходит это глобальное восприятие — восприятие настолько более истинное, что у меня нет слов, чтобы передать это. Это убеждает меня, что на самом деле мое физическое зрение не ухудшается, а становится качественно иным. Картина материального мира как совокупности отдельных предметов, предстающее нормальному физическому зрению, стала для меня абсолютно ложной!

Например, когда я пытаюсь продеть нитку сквозь игольное ушко и при этом гляжу на иголку, у меня ничего не получается, когда же действительно появляется необходимость, все получается само собой! Мне ничего не нужно делать: Думаю, когда это состояние станет более совершенным, все вообще будет делаться ИНАЧЕ, вне зависимости от органов чувств; очевидно, так в первую очередь и выразится супраментальное проявление.

Может быть, тем же знанием, изначально присущим каждой клетке, любому атому, и создается весь мир, и каждый вид? Я задал Матери такой вопрос:. Ничего подобного я до сих пор не испытывала. Нельзя даже сказать, что я воспринимаю образ; я знаю. Прежнее восприятие разделяло, разобщало вещи; оке было очень поверхностно и проникало не глубже острия иглы. Теперь совсем не так. Особенность нового восприятие в том, что все вещи воспринимаются в тесной связи друг с другом: И тем не менее, око объединяет и видение, и звук, и осязание, и вкус, и запах — все чувства Единственное, что мешает ему утвердиться — старые привычки.

И всегда одно и то же впечатление: Я не нахожу слов, чтобы передать мои переживания. Многого я не помню — я утратила способность запоминать, но чувствую, что в этом есть смысл: Это всегда как новое откровение, и каждый раз оно приходит по-новому. В течение целых часов, я пребываю и в этом мире, и в том.

Они не складываются в сумму! Не сумма — единство. Когда пытаешься рассказать, получается какая-то чепуха! Например, за секунду или за минуту до того, как пробьют часы, или кто-то войдет в мою комнату, или просто шевельнется, я уже точно знаю об этом Иногда, например, я слышу, как люди говорят: Это и зрение, и осязание, но в то же время ни то, ни другое, или и то, и другое вместе: Это сознание свободно от всякого налета ментального. Через непосредственный контакт с вещью или событием, как они есть, оно с удивительной точностью охватывает все до мельчайших подробностей.

Это иной способ бытия. Так вещи становятся значительно лучше! Я по-новому вижу вещи Ты не покидаешь Материю и не видишь мир по-другому так издавна делали все мудрецы и провидцы; в этом нет ничего нового и ничего чудесного , вовсе нет.

Материя видит мир совершенно иначе! Подобные рассуждения говорят о том, что мы так и не поняли реальность этого феномена. Он не распадается, ибо заботится о повседневных делах, смеется и рассказывает о том, что происходит с вполне физическим телом. Так и раскрывается образ действий супраментального существа, или следующего вида.

Супраментальное существо — это, прежде всего непосредственно действующее, в высшей степени активное, можно сказать, заразительное существо наделенное преобразующим действием изменении одного тела, совершаются в теле любого другого человека, потому что мы есть и это, и то, и бесконечное множество других теп и не только тел.

Легче всего проследить развитие этого феномен не в теле Матери Объяснения придут позже, пока же это слишком необычно. Она должна воздействовать непосредственно, иными словами, передавать одни и те же вибрации от клетки к клетке. Я осознаю беспорядочные вибрации, заканчивающиеся, как правило, расстройствами: Наконец тело чувствует крайнюю уверенность, взывает к порядку, и в результате битва постепенно затихает.

Это происходит в материальном сознании. Тело физически чувствует кровоизлияние, только что его самого нет. Когда бой заканчивается, я смотрю на свое тело оно, заметь, получило сильную встряску и размышляю: И в результате — спасен, здоров. Тогда я начала понимать, что мое тело — повсюду! Ты понимаешь, мое тело — это не только вот эти клетки: Так трудно объяснить это. ОДНО — мое — тело принадлежит мне не более, чем все остальные.

Потому-то с ним постоянно происходят такие вот истории; они непрестанно сыплются на него то с одной, то с другой стороны. Спустя какое-то время я узнаю, что такой-то вот человек страдал от той или иной боли Тело, телесное сознание чувствовало приближение смерти, и в то же время прекрасно понимало, что не умирает Однако я чувствовала, как умирает тело, переживала муки, боль, страх и так далее, хотя знала, что я тут ни при чем.

Это продолжалось долго, всю ночь. Позже я узнала, что в тот день рано утром умерла X. Так Мать постепенно приближалась к механизму смерти и ключу. Ведь если речь идет о преобразовании Материи, то, конечно, в первую очередь должна быть преобразована смерть. Ключ к смерти подходит и ко всему остальному.

Может быть, и к аквариуму. Все перемешано — со всех сторон, от всяких людей И не только отсюда, но и из самых дальних уголков земли, а иногда даже из прошлого. С ними нужно разобраться, расставить по местам Как будто раз за разом подхватываешь все новые и новые болезни и должна исцелиться. Страдания чужого тела ощущаешь как свои собственные. Оно жалуется не на свои муки: ВСЕ стало его страданием!

Но выход — исцеление, изменение, а никак не бегство. Я не люблю бежать, потому и спорю с буддистами: Вот преобразование — да! Будто я читаю книгу или смотрю фильм.

Это происходит не на ментальном уровне, отнюдь нет: Я переживала ее, нет не просто переживала: Не знаю, как объяснить. Будто лепишь из глины фигурки. Некоторые истории связаны с определенными странами или правительствами; в таких случаях результат мне неизвестен — может быть, через какое-то время его можно будет увидеть.

Причем, когда я это делаю, то знаю все, что нужно, хотя не припомню, чтобы я когда-нибудь занималась медициной, или, скажем, техникой! И тем не менее, я знаю! Иначе как бы я могла говорить: Последняя история [одна из многих] произошла, когда я заканчивала принимать ванну Что-то вдруг овладевает мной, я вхожу в другую жизнь и живу в ней до тех пор, пока не сделаю что-то, а как только нужное действие свершается, все бесследно исчезает.

Тело становится все более и более сознательным, но не так, как мы осознаем умом Если бы я находилась в поверхностном слое сознания, то недоумевала бы: Я вижу все — от циклонов, землетрясений, революций до самых обыденных и незаметных вещей, незначительных событий вроде, какого-нибудь подарка или пожертвования, — такие мелочи, на первый взгляд, не имеют никакого значения.

Но здесь все обретает одинаковую ценность! И так все время. Обычное сознание, даже самое широкое, всегда располагается в центре, а все остальное существует относительно центра: У меня такой точки больше нет, и вещи существуют сами по себе! Я не ощущаю границ своего тела Не знаю, как объяснить На самом деле, тело словно растеклось. Пределов вообще не чувствуешь: Словом, мы уже понемногу нащупываем ключ к супраментальному действию, или Если же сила будет воздействовать на материю впрямую, нет никаких сомнений, получится что-то потрясающее.

То же самое с химическим опытом: Духовные вибрации заразительны, это совершенно очевидно. Читальные вибрации тоже не в самом лучшем качестве, но все же: Клеточные вибрации должны обладать тем же свойством. Все заключено в одном, понимаешь, а мы постоянно забываем об этом! Мы полагаемся на свои глаза — вот, где настоящая ложь. Понимаешь, образ как бы накладывается на вещь. Но он — всего лишь видимость! Даже в самой грубой материи, даже в камне, как только меняется наше сознание, разобщенность исчезает.

Не знаю, как сказать Его состояние передалось мне; эмоции были настолько сильны, что я, вообрази себе, чуть не расплакалась! Слияние с миром всегда происходит здесь, в нижней части живота Я остановила вибрации, исходившие от Х на это ушло несколько минут , и он успокоился. Я поняла, что заражение сохраняется как средство воздействия, хотя телу от этого радости мало Когда я навожу порядок здесь указывает на живот , он устанавливается и там. Мне кажется даже, не только во мне, но в клетках, крови и нервах множества других тел.

Люди с обычным сознанием, конечно, не всегда понимают и даже не всегда замечают это они могут испытывать необычные ощущения, не понимая, чем они вызваны , клетки же знают, но не могут ничего сказать. Видишь ли, существуют различные УРОВНИ сознания, а вот это тело Матери , по-видимому, просто сознательнее других, вот и все, а в остальном За обедом вдруг что-то приходит, я следую движению, а рука с ложкой замирает в воздухе, и только потом до меня доходит, что все ждут, когда я начну есть!

Вопрос Да, мне уже несколько месяцев кажется, что ты как-то отдалилась. Я не отдаляюсь, наоборот, я погружаюсь все глубже. Спустя же какое-то время я узнаю, что с тем-то человеком что-то случилось, что-то пошло вкривь да вкось, вот и приходится поработать; все ведь надо исправить, вернуть свет, выправить вибрацию. Кажется, что вся земля — единое тело. Она совершается и днем, и ночью, хожу я, ем или разговариваю: В конце концов, опыт этот окончательно прояснился и однажды утром Мать воскликнула:.

Наконец-то поняла, что в это состояние я вхожу именно ради обретения силы; она рождается от единения со всей материей И тогда я начала понимать, что обладание этой силой означает власть возвращения всего на свои места С этой силой все можно изменить, и как изменить! Неисчислимые, все более и более сложные механизмы — от вибрирующих ресничек, крыльев, плавников до реактивных установок и телетайпов. Все это наводит на мысль о том, что эволюция, т. Однако, поворотной точки можно достичь лишь на атомном и клеточном уровнях, а не в небесных нирванических высях; необходимо прорваться сквозь преграду, отделяющую нас от будущей единой среды, от будущего глобального вида, точно так же, как минералам однажды удалось прорвать барьер собственной инерции.

Исход эволюции соприкасается с ее истоками: Поэтому оно недоумевает, как люди не знали этого с самого начала: Почему, ну почему они заняты поисками религий, богов, и Для тела это очевидно. Сколько было шуму, сколько тщетных усилий! Да я только этим и занималась более тридцати лет!

Это ничего не меняет! Это не меняет материю. А чтобы преобразовать, нужно спуститься в тело, и это Но иначе ничто никогда не изменится, все останется по-прежнему. Но он остается бесплотным, нереальным, не в этом следующий этап земной эволюции.

Необходимо найти что-то другое, третью позицию, не являющуюся производной от этих двух; вероятно, с ее обретением начнется эпоха тотального знания. Новая физиологическая позиция Материи. Новый образ жизни Материи реорганизует Материю ее собственной силой и в конечном итоге преобразует смерть, ибо это обратная сторона нашей жизни. Внешняя сторона аквариума, которая, казалось, означала для рыбы смерть, конец ее существования, стала началом новой жизненной формы в Материи.

Вглядываясь в будущее, мы начинаем понимать, как будет действовать супраментальное существо — как оно будет управлять материей. Жизнь сама творит свои формы Абсурдность в том, что мы всегда прибегаем к каким-то искусственным средствам: А в супраментальном мире, чем более вы сознательны и чем больше ваша связь с истиной вещей, тем большей будет ваша власть над субстанцией.

Власть там — это подлинная власть. Если вам хочется иметь одежду, вы должны обладать силой, чтобы создать ее, реальной силой.

Если у вас этой силы нет, что ж, придется ходить голым! Никакие ухищрения, приспособления не помогут там возместить недостаток силы. Здесь же, даже в одном случае из миллиона, власть никогда не соответствует истине. Все это невероятно глупо! Супраментальное сознание определяет форму материи; оно формирует материю, посыпая ей соответствующие вибрации, так же, как сегодня мы придаем форму мыслям, облекая их в слова.

В сущности, смерть — это и есть наш главный вопрос. И пока гроб или погребальный костер — неизменная физическая достоверность, ничего не изменится. Мать — прежде всего битва со смертью, ведь она, смерть, пришла к Шри Ауробиндо в г. Это напоминает историю Орфея и Эвридики Ведь, действительно, по-настоящему войти в волновое движение и в вездесущую жизнь невозможно, если не изменить сам механизм смерти, ибо преграда и смерть созданы одним и тем же.

Так откуда возникает преграда, каков клеточный механизм смерти? Из наблюдений за всевозможными проявлениями смерти ученые делают вывод: Ну, а сами симптомы — отчего они? Грядущее царство прежде всего будет отличаться особым отношением к смерти: Ведь если меняется образ жизни, должна быть преобразована и смерть, иначе мы так и останемся в вечном замкнутом круге с неизбежными иллюзиями. Мы и так ходим на двух ногах, кормим телесную машину, укутываем ее поплотнев всякими там философиями и прочими умными вещами.

Так уж у нас заведено. Например, пока поведение морской свинки в клетке не выходит за рамки естественного, она будет лишь воспроизводить себе подобных, а те, в свою очередь, — производить на свет новых морских свинок. Человек может менять диету, сон, воздух, которым он дышит, — в хата-йоге накоплен огромный опыт;. Но к чему все это?

У нас совсем другая цель. Можно проводить самые разные эксперименты с телом, но из этого все равно ничего нового не выйдет, они задевают только поверхность — потому-то ни биологи, ни йоги не только не нашли ключ к решению задачи, но даже просто не поняли, в чем, собственно, она состоит. А нужно совсем иное: Опыт на самом деле прост — во всяком случае, описать его легко, но дело не в этом; опыт нужно пережить, ибо на страницах книги работу тела не изменишь.

Мы ищем не новую теорию, а новое творение. Что же тогда мешает этому превосходному телу быть действительно превосходным? Что делает его телом человека, а не жука попутно заметим, что и тот, и другой смертны? И никуда от этого не деться: Но почему аминокислоты соединяются то так, то этак?

Нам важна не разница между Homo sapiens и, например, ящерицей, — нам важно знать, какова первооснова, первопричина, изначальная сила, заставляющая аминокислоты соединяться определенным образом, независимо от того, где это происходит. Какой здесь действует закон? Вот, чего не знают ученые. Потому что, если это получится, мы сможем Строительный материал для всех видов один и тот же, разные только привычки.

Вот, в чем вопрос. Если будет найден ответ, то, возможно, будет найдено и то, что вызывает смерть, а привычка умирать исчезнет навсегда. Итак, нисхождение в тело совершается не с помощью йоги, а самым наипростейшим образом: Мы погрузимся вовсе не в чащу нервных волокон и вен, а в нечто другое, похожее на дремучий, непроходимый лес, на причудливые джунгли Амазонки.

Чтобы заметить или даже пережить, прочувствовать клетку, нужно преодолеть окружающий ее очень плотный, гудящий многослойный хаос. Поверхностный пласт — слои интеллекта: Но он привычен и близок нам, как воздух; мы просто не замечаем ни его самого, ни его колоссальной хаотичности. Нужно привести его к молчанию. Если хочешь смотреть сквозь толщу мутной жидкости, нужно дать ей отстояться. Поэтому успокоение ума — первый шаг. Но и эмоции, какими бы прекрасными они ни были, также не имеют никакого отношения к телу.

И потому следующей шаг — успокоение эмоционального ума. Дело это куда более трудное, похожее на партизанскую войну в пустыне. И теперь продвигаться к телу все равно, что продираться через девственный, заболоченный, кишащий змеями лес. Мы еще не дошли до тела, но цель уже близка. Все, что есть в этом слое, — беспорядочно перемешанные усталость, сонливость, страх, боль, удовольствие, симпатия, антипатия, привязанность, отвращение, напряжение, расслабленность, — все это беспрестанно хаотично шевелится и бурлит.

Здесь становится понятным, насколько в нас укоренились привычки, воздействие окружения, воспитание. И все-таки, эта жуткая каша опять же никакого отношения собственно к телу не имеет — это всего лишь еще одно наслоение. Третий шаг — установить прозрачность чувственного ума, что означает полнейшую отстраненность, нейтральность, беспристрастность. Чуть поддался чувству, напрягся, ответил противодействием — пред тобой тотчас вырастает стена, и продвижение к телу тормозится: И вот тогда на пути к телу встает последняя преграда, четвертый слой — слой физического ума.

Только потом, когда барьер уже преодолен, становится понятным, что он был и что он, в точности, собой представляет. Да, быть картографом потом — это просто. И почему только древние мудрецы и святые не знали, что делать с телом? Они уходили из тела для своих медитаций, оставляя его за ненадобностью. А это битва, настоящая битва против всех законов Природы, коллективных внушений, земных привычек существования, битва столь беспощадная и страшная, столь грандиозного размаха, что если ты — не первоклассный воин, готовый на все и ко всему, то не стоит и появляться на поле сражения.

Здесь нужен героизм в полном смысле этого слова, абсолютное бесстрашие, потому что на каждом шагу и в любое мгновение приходится вступать в бой решительно со всем, что уже так основательно утвердилось. А это не очень-то приятно. Даже на индивидуальном уровне это битва с самим собой, потому что если вы хотите, чтобы ваше физическое сознание было способно на физическое бессмертие, вы должны освободиться от всего, что представляет собою ваше нынешнее физическое сознание, а для этого — вести непрестанную битву, во всякое мгновение, без передышки.

Ведь ваши чувства, ощущения, неприятия, что составляют, собственно, ткань физической жизни, — должны быть преодолены, преобразованы и освобождены от всего, что существует в силу привычки. Так что в этой бесконечной битве даже не тысячи, а миллионы противников. Все, что происходит, служит достижению того истинного состояния в клетках, которое им необходимо, чтобы реализация полностью завершилась.

Все — даже потрясения, даже боль, даже явные физические нарушения, — все служит этому. И лишь когда тело, по своей глупости, воспринимает происходящее с негативной стороны, все значительно осложняется. Достаточно ничтожной причины — пустяка, одного слова, легкого недомогания одного из окружающих, — чтобы все остановилось и свело на нет проделанную работу.

Можно подумать, что тело сохраняет форму, благодаря определенной концентрации, и что без нее, без этой жесткости жизнь тела была бы невозможна. Но это не так! Тело — воистину, чудеснейший инструмент; оно обладает способностью расширяться, становиться обширным как вселенная; тогда во всем — в каждом жесте, движении, в самом незначительном действии — царит чудесная гармония и пластичность.

И начинай все с начала. Ведь еще никто не прошел этим путем; Шри Ауробиндо был первым, но он ушел, так и не рассказав о том, что он делал. И теперь я, точно в джунглях, пытаюсь проложить дорогу — какое там в джунглях!

Постоянное ощущение, что ничего не знаешь. Если посмотреть с материальной, химической, биологической, медицинской точек зрения — что нужно делать? Не думаю, чтобы хоть кто-нибудь ответил мне на этот вопрос может, и есть такие люди, но мне, во всяком случае, они неизвестны.

Если взять традиционную йогу, то там все очень просто: Да и есть ли он вообще, этот путь? Существуют ли какие-нибудь методы?

Словно для того, чтобы не раздавить меня, капля за каплей раскрывается моему сознанию вся необъятность, грандиозность этого дела Вся духовная жизнь людей всех времен и народов со всеми их устремлениями, усилиями со дня их появления — представляется рядом с этим ничтожным, как детская игра.

И притом эта работа неблагодарна: Слепой путь в никуда по дикой местности, полной ловушек и преград. Глаза завязаны и ничего не известно. В сущности, эта работа — вечное сражение с мелкими, совершенно незаметными вещами: В этом-то и заключается их слабость. Все наши суждения, все представления о материальной жизни строятся на основе этих противоречий.

Необходимо, чтобы даже физическая часть нашего существа, которая, казалось бы, хорошо научилась ориентироваться в материальном мире, поняла, что ее знание об этом мире и образ существования в нем не истинны. Тебе кажется, что ты знаешь, но знаешь ли ты в действительности, что за этим стоит — и так даже в мелочах.

Только здесь ощущаешь, насколько ребенком нужно стать. Ах, нужно быть этаким! Я что-то нашла А потом все уходит — и снова тяжелая, изнурительная работа. Временами ясно понимаешь, что летишь в пропасть, — в буквальном смысле слова, в пропасть И не знаешь, как выкарабкаться. Такое состояние может длиться недели.

Но самое главное, пропадает возможность всякой оценки: И остаешься вот так Она существовала исключительно благодаря нашей ментальной глупости.

На самом деле, либо нет ничего важного, либо ВСЕ одинаково важно. Сметаешь пылинку, или пребываешь в экстатическом созерцании — это явления одного порядка.